Северный поток-2 уже в пути. Что делать Украине?

Похоже, что экономическое удушение нашей страны стало для российской правящей элиты вопросом принципа.

В конце марта Германия предоставила все необходимые разрешения для строительства на ее территории и в ее исключительной экономической зоне газопровода Северный поток-2. Так ФРГ преследует свои интересы: добивается диверсификации путей получения природного газа. Конечно, это не скрашивает проблемы, которые возникнут для Украины после начала полноценной работы нового газопровода.

«У России есть только два верных союзника – армия и флот». Фраза, которую полтора века назад произнес российский император Александр III, стала крылатой. Но после прихода к власти Путина, в России появился еще один верный союзник – природный газ. Он же – важнейшее оружие РФ. И Украина, и государства ЕС не раз ощущали это на себе.

Руководство России не всегда считается с интересами акционеров «Газпрома». Летом 2014-го Путин заявил: «Если кто‑то думает, что можно решить проблемы энергетического снабжения Украины путем реверсных поставок, то глубоко заблуждается. Если мы увидим, что кто‑то нарушает наши контракты по поставкам газа, мы будем сокращать объем, и физических объемов на европейском рынке будет просто недостаточно». Сказано – сделано. В начале 2015 года, в попытке ликвидировать ресурсную базу для реверса газа из ЕС в Украину, «Газпром» уменьшил объем поставок «голубого топлива» в Европу как через нашу ГТС, так и через Северный поток-1. В результате годовая выручка «Газпрома» уменьшилась на $4 млрд. При этом Украина не осталась без газа.

Эта неудача лишь подстегнула Россию – руководители страны и шефы «Газпрома» неустанно заявляли о намерении построить газопроводы, которые дадут возможность не транзитировать газ через Украину. Безусловно, это политическое решение. «Обводные» газопроводы снижают доходы и «Газпрома» и бюджета РФ в сравнении с транзитом газа по Украине. Экономическое удушение нашей страны, похоже, стало для российской правящей элиты вопросом принципа.

У «Газпрома» существует цель по времени – 31 декабря 2019 года заканчивается действующий договор о транзите газа по территории Украины. Чтобы не заключать новый, Россия намерена построить и ввести в эксплуатацию Северный поток-2 и Турецкий поток (последний стал заложником пересечения интересов Турции и России в Сирии).

Северному потоку-2 предстоит получить разрешения от Дании, Швеции и Финляндии. Проблемы могут быть лишь с Данией. Тамошний парламент принял закон, позволяющий правительству отказывать в выдаче разрешений на прокладку газопроводов в датских территориальных водах, если это несет риски безопасности. Если правительство Дании откажет Северному потоку-2, трубопровод придется вести в обход датских территориальных вод, что задержит его возведение на 3-4 месяца. Это дополнительные время и расходы. Но если обойдется без форс-мажоров, Северный поток-2 будет построен.

Тем не менее, планы России относительно Северного потока-2 (с проектной мощностью 55 млрд м3 газа в год) сдвигаются по времени. Для его полноценной работы необходимо ввести в строй газопровод Eugal, который станет продолжением Северного потока-2 на территории Германии. Но газопровод Eugal будет полностью готов только в конце 2020 года. К концу 2019-го, когда проложат все трубы Северного потока-2, будет готова лишь одна ветка Eugal. Это позволит за год транспортировать из Лубмина (точка выхода Северного потока-2 на суше) 10 млрд м3 в Восточную Германию и 21 млрд  до немецко-чешской границы. Еще около 2,5-3 млрд м3 в год Северный поток-2 сможет доставлять в Нидерланды по газопроводу Nel.

Получается, что в лучшем для России (и в худшем для Украины) случае в 2020 году по Северному потоку-2 будет транспортировано не более 34 млрд м3 газа, на которые, при сохранении спроса на российский газ на текущем уровне, снизится объем транзита по украинской ГТС. Будем исходить из ситуации прошлого года, когда «Газпром» через нашу ГТС транспортировал в Европу 93,5 млрд м3 газа. К перечисленным 34 млрд м3 нужно прибавить еще 16, которые будут сняты с транзита через Украину и пойдут через Турецкий поток для нужд Турции. Значит, на 2020 год для транзита через нашу страну останется 43,5 млрд м3.

Думаю, сквозь эту призму и нужно рассматривать намерение «Газпрома» разорвать все действующие договора с «Нафтогазом», в том числе и о транзите газа. Объявив о разрыве контрактов с «Нафтогазом», «Газпром» идет на опережающую эскалацию конфликта, которую успешно применял в противостоянии с другими странами. Например, в контрактном споре насчет цены газа для Туркмении, «Газпром», начиная с 2016 года, в одностороннем порядке прекратил исполнять 25-летнее соглашение, также назвав это «разрывом контракта». В действительности стороны ничего не разрывали, а установили так называемую «контрактную паузу», которая действует до 2019 года. Несколькими годами ранее у «Газпрома» был судебный процесс с немецкой компанией RWE, предметом которого были поставки газа в Чехию (где RWE является оператором). В 2012 году «Газпром» проиграл в арбитражном суде Вены. Начиная с 2014 года для поставок RWE в Чехию также действует «контрактная пауза» от «Газпрома». Хотя заявления о разрыве контракта были, по сути, элементом начала переговоров. И в обоих случаях «Газпром» в конечном итоге добивался лучших условий, чем если бы просто продолжал выполнять контракты. Юристам «Нафтогаза» необходимо тщательно готовиться к очередным баталиям с «Газпромом».

Вовсе обнулить транзит газа в 2020 году через Украину не получится. Не произойдет этого и позже. Мощность ГТС оценивается не только по годовой, но и по максимально возможной суточной пропускной способности. Для нашей ГТС последняя была зафиксирована в январе и сентябре прошлого года — по 300 млн м3 за 24 часа. Максимальная суточная пропускная способность Северного потока-2 составит 165 млн м3. Если будут проложены две экспортные нитки Турецкого потока (пока есть только внутренняя), — это еще 90 млн в сутки. Если все эти планы реализуют, «Газпрому» придется прокачивать через нашу ГТС 15-18 млрд м3 газа в год. Но такое снижение — серьезнейшая проблема. В прошлом году Украина получила около $3 млрд за услуги транзита 93,5 млрд м3 российского газа. Несложно подсчитать, во сколько раз уменьшится эта сумма через несколько лет.

Какие возможности есть у нашей страны? Основная ценность нашей ГТС будет состоять в возможности оперативно поставлять большие объемы российского газа в соответствии с суточными колебаниями спроса со стороны европейских потребителей (в отличие от Северного потока-2, который предназначен только для равномерных поставок). Варьирование суточных поставок, позволяющее гибко реагировать на спрос, возникающий вследствие изменения погодных условий, обеспечивали благодаря хранению газа в украинских подземных хранилищах газа (ПХГ). Эта функция по-прежнему будет пользоваться спросом. Свежий пример — транзит российского газа через украинскую ГТС в Европу в марте этого года увеличился на 21,3% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Причина — холодная погода. Техническая возможность такого резкого увеличения объемов транзита была обеспечена благодаря украинским ПХГ.

Еще одна возможность Украины состоит в том, что достаточных мощностей для транспортировки газа с морского побережья Германии в Центральную и Южную Европу нет. В случае увеличения немецких потребностей в газе, «Газпром» может дополнительно загрузить украинскую ГТС.

Но необходимо быть готовыми к тому, что через 2-3 года поступления от транзита российского газа в несколько раз снизятся. Сейчас как никогда необходимо перевооружить и модернизировать перспективные предприятия Украины, повысить качество их продукции, снизить ее энерго и материалоемкость и продолжать искать новые рынки сбыта. Все это позволит увеличить объемы налоговых поступлений — другого варианта заместить выбывающие доходы, пожалуй, нет.

Британский историк Арнольд Тойнби разработал теорию «вызов-ответ», в соответствии с которой внешнеполитическое и экономическое давление часто было причиной, побуждавшей страну к выживанию и возвышению. Если нам дано очередное испытание, значит необходимо принять вызов. И нашим ответом должна быть быстрая и качественная трансформация экономики Украины в сторону повышения ее технологичности. Только тогда экономический успех нашей страны не будет зависеть ни от погоды в Европе, ни от политических прихотей агрессивных соседей.